ЖУРНАЛ АТЕЛЬЕ

В один прекрасный день 1923 года перед домом № 12 на Петровке произошло форменное столпотворение. Прохожие с изумлением наблюдали в витринах здания барышень, застывших в картинных позах. Одна была одета в вечерний наряд, другая — в холщовое платье с яркой отделкой, третья в прогулочный костюм, четвертая красовалась в пелерине. Народ застыл перед «живыми картинами», а зевак со стороны Столешникова переулка и Кузнецкого моста все прибывало. Вскоре движение в этом районе пришлось перекрыть. Материализовался начальник московской милиции. Через 20 минут занавеси тихо закрылись. Толпа терпеливо ожидала продолжения шоу, но не дождалась. Еще в течение недели к особняку стекались люди, потом перестали

Таким получился «уличный» показ «Ателье мод», созданного при «Москвошвее». У него любопытная история. Начиная с того, что его возглавляла 16-летняя (!) Ольга Сеничева. Поработав на выставке кустарных изделий, эта активная девушка обратилась к руководителю московской швейной промышленности и предложила свои услуги в создании мастерской, где можно было бы разрабатывать принципы современной одежды. На судьбоносную беседу она пришла в холщовом пальто, вышитой шапочке и матерчатых туфлях на веревочной подошве. Самое поразительное, что чиновник дал добро, но с одним условием — взять в помощники солидного мужчину. Такой нашелся. Театральный деятель Борис Кащенко, сын известного психиатра. Служебные контакты переросли в роман. «Он был и остался рядом со мной до нашей серебряной свадьбы и последнего дня своей жизни», — со светлой грустью напишет в старости Сеничева-Кащенко.

Ольга Денисовна позже вспоминала: «Нужно было позаботиться о рекламе. Большое внимание уделили оформлению витрин. Когда плотно задернутые шторы, наконец, раздвинулись, в витринах прохожие увидели манекенщиц, демонстрировавших созданные модели. В одной витрине они были одеты в выходные туалеты, а в другой манекенщицы демонстрировали простые платья из русского холста с вышивкой. Так состоялось открытие Ателье мод. Мгновенно перед витринами образовалась огромная толпа, движение по Петровке, Столешникову, Кузнецкому остановилось. Не прошло и двадцати минут, как, с трудом пробившись через толпу, в Ателье появился начальник московской милиции. Он был очень взволнован и требовал немедленно прекратить демонстрацию мод. Закрыли занавеси. Народ не расходился. Спорили – живые были женщины на витринах или куклы… Повесили табличку: “Демонстрации больше не будет”, – стоят… Еще потом целую неделю народ не отходил от витрин: а вдруг снова что-нибудь покажут.

У подъезда – швейцар в форме, разработанной художниками-модельерами. Красив демонстрационный зал. Трудно поверить, что совсем недавно здесь было холодное, неотапливаемое помещение с нестрогаными столами и скамьями, с разбитыми и замазанными штукатуркой окнами. Блестит парча драпировок и обивки мебели. В зале много артистов, среди них – А. В. Нежданова. Заиграл оркестр под управлением популярного в то время Ф. Криша. На сцену выходят известные актрисы в созданных в Ателье модных туалетах. Среди них солистка Большого театра А. Тихонова, артистки театра оперетты К. Новикова, Р. Лазарева, эстрадные танцовщицы и другие. Показ мод превратился в своеобразный концерт. Присутствующие награждали аплодисментами почти каждую модель. В сценках-миниатюрах участвовали штатные манекенщицы. Позднее демонстрации мод регулярно стали проходить в форме концертов».

Первый в СССР центр моделирования бытового костюма разместился в старинном особняке. Там пришлось немало поработать, но результат того стоил. Особенно впечатлял интерьер демонстрационного зала: обилие свободного пространства, колонны, низкие столики, пальмы в кадках. Для обивки мебели и штор использовался слегка подпорченный пребыванием на сырых складах конфискат. А те дорогие ткани (бархат, парча, шелк), что сохранились лучше, шли на платья состоятельным заказчицам. Государство выделило мастерской кредит, который в течение полутора лет следовало вернуть с процентами. Чтобы вернуть деньги государству, было решено сначала создавать модели из парчи и бархата для нэпманов, а потом начать разрабатывать одежду для широких слоев населения.

К работе привлекли видных художников, включая Александру Экстер и Веру Мухину. Обшивали модели 150 портних «Москвошвеи». Во время показов играл оркестр, в качестве манекенщиц регулярно выступали артистки московских театров. Присутствовала избранная публика (например, нарком просвещения Анатолий Луначарский и примадонна Антонина Нежданова), однако в зале находились места и для передовиков труда — лучших швей.

К сожалению, взлет продолжался недолго. Уже в 1925 году назначили нового директора, сократили штат. Столь много обещавшее «Ателье мод» превратилось в номенклатурную мастерскую индпошива для жен партийных бонз. Через какое-то время и она прекратила свое существование. Очень уж кусались цены.

Возникает естественный вопрос: как совсем юная девушка смогла создать подобного рода предприятие? Конечно, в организаторских способностях и отваге директору Ольге Сеничевой не откажешь. Она старательно изучала финансовую сторону дела, ведь на нее легла громадная материальная ответственность. Однако душой проекта в том, что касалось художественных идей, была легендарная Надежда Ламанова. Просто ее, самую востребованную портниху дореволюционной Москвы, намеренно оставляли в тени. Ламанова — это модельер международного класса, «русский гений элегантности», как называл ее бомонд. Можно назвать и русской Шанель. Только судьба досталась другая. Какое-то время ей даже пришлось сидеть в печально знаменитой Бутырке. Симптоматично, что в своих интервью уже пожилая Сеничева о ней не упоминала даже вскользь.

Участие Надежды Петровны в этом проекте подтверждается Евгенией Ивановной Прибыльской, соавтором журнала. Она пишет: В 1924 г[оду] я работала много по костюму с Н.П. Ламановой, которая была увлечена экспериментальной работой по построению одежды в Москвошвее и в экспериментальном образцовом ателье по обработке костюма вышивкой, с художницей Экстер А.А., оформлявшей как модели костюм. Эта работа зафиксирована в изданном тогда московском сборнике под заглавием «Ателье».

Активно работала реклама. На страницах журнала-тезки «Ателье Мод» предлагало свои элегантные изделия — «готовые и на заказ, а также костюмы для постановок кино и театров». Артистам обещались льготы.

Вышедший тиражом 2000 экземпляров журнал «Ателье» имел успех. Ольга Сеничева отмечала постфактум: «Читатели соскучились по красиво оформленным изданиям. Мелованная бумага, хорошая печать, цветные иллюстрации и, пожалуй, самое главное: необычная для того времени тема — мода».

Тираж быстро разошелся, но первый номер оказался и последним. Конкуренты обрушились с критикой. В «Швейнике», например, появилась разносная статья «Как не надо художничать». Но не это стало поводом для молниеносного заката журнала. Настоящая причина банальна: отсутствие денег. Выпускать подобное издание было роскошью. И все-таки хорошо, что оно появилось. Это художественный документ эпохи. И свидетельство того, как отчаянно тянулась страна, истерзанная историческими катаклизмами и нуждой, к гармонии и красоте.

Кроме печатного издания был заказан кино-журнал (оператор Тиссэ Эдуард Казимирович). Эти уникальные кадры с комментариями доктора исторических наук, заместителя директора по научной работе Института Российской истории РАН Сергея Журавлева и начальника отдела научно-справочного аппарата Российского государственного архива кинофотодокументов Виктора Баталина мы имеем возможность увидеть здесь: http://tvkultura.ru/video/show/brand_id/23445/episode_id/987605/video_id/1005142

В хронике можно увидеть модели, экспонировавшиеся на I Всероссийской Художественно-Промышленной Выставке, прошедшей в 1923 году. Ателье мод за эти модели был присужден Аттестат первой степени за: а) удачные красочные и силуэтные достижения, за обнаруженное в выставленных моделях тонкое понимание взаимоотношений между живой фигурой, материалом и художественной формой; б) за привлечение высоко-квалифицированных художественных сил к делу поиска нового современного костюма. На той же выставке мастерской современного костюма, руководимой Н.П. Ламановой, был присужден диплом Государственной Академии Художественных Наук.Журнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал АтельеЖурнал Ателье

Использованные источники:
Журнал «Ателье» № 1, 1923 г.
http://leninka.ru/index.php?doc=2866
Кащенко О. Д., Козлова Т. В., Покупателю об одежде и моде. – М.: Экономика, 1986